Перекрестки. Продолжение истории

Козенца. Южная дорога.

Пока Чарли и другие пассажиры были озабочены раненным кучер, Матиас стоял чуть поодаль, неотрывно провожая взглядом удаляющийся дилижанс и скрывая рвущуюся наружу улыбку. Все получилось настолько замечательно, что еще пару часов назад он даже боялся об этом мечтать, а теперь был настолько рад, что не мог и не хотел думать ни о чем другом. Ослепленные возможностью быстрой наживы и напуганные опасностями, которые могли подстерегать их, замешкайся они хоть на минуту, грабители даже не подумали обыскать пассажиров, напрочь забыв золотое правило "все свое ношу с собой". Пройдись они по тайным карманам спутников и их жизнь могла бы заблистать для них совершенно другими красками. Чего только стоит кольцо на пальце нового знакомого и маленький мешочек с крупными бриллиантами у него за пазухой, да и в  кармашках детишек и гувернантки, да даже пастора с набожной доставучей старушенцией можно было найти ни один золотой, но, как бы то ни было, грабители предпочли довольствоваться мелкой наживой. Конечно, почтовые дилижансы изредка перевозили ценности, но главной ценности этого рейса он собственноручно помог исчезнуть из тайника, и именно это так грело его душу и поднимало настроение. Его безупречный план прошел действительно безупречно. За ближайшим поворотом горе-грабителей, благодаря наводке анонимного доброжелателя, ждал радушный прием отряда жандармерии, да и тот небольшой отряд, что следовал за дилижансом тоже скорее всего уже мчался подгоняемый звуками выстрелов. У грабителей нет ни единого шанса, никому и в голову не придет, что бриллианты могли исчезнуть каким-либо другим способом, и все "грехи" повесят на эту троицу, а ему остается наслаждаться деньгами, летом и новыми любовными приключениями. Мечта и не жизнь. Конечно же объявления о розыске небезызвестного на всю страну Мота будут висеть на каждом углу, но кто в одноглазом брюнете с тонкой линией таких же смоляных усиков, с горбинкой на носу и прихрамывающего на одну ногу узнает его - медноволосого красавца с яркими голубыми глазами и поистине аристократическими манерами, если даже у  его подельников, которым он вчера так яро доказывал гениальность предстоящего ограбления в баре близ вокзала,  не возникло ни малейшего подозрения. 

Матиас все же улыбнулся, увидев облако пыли возвещающей о том, что все его предположения подтвердились - бравые жандармы спешили на помощь, и только после этого присоединился в общей сутолоке вокруг кучера. Было решено устроить небольшой привал, благо место весьма этому способствовало - несколько поваленных деревьев послужили отличными скамейками, на которых разместились все путники. Матиас и Чарли удалились в лес, набрать хвороста и развели костер, так как день уже близился к вечеру, и стало холодать. В один из таких побегов в лес Матиас припрятал мешочек с драгоценностями в дупло раскидистого дерева, подумав, что береженого и Бог бережет, и вполне возможно путники подвергнуться обыску. Все же не пары золотых не досчитаются после этого ограбления. За билетом в страну своих грез и мечтаний он вернется чуть позже... Один-два дня ожидания богатой жизни сделают эту самую жизнь еще более сладкой.

Безымянный поселок.

Когда окончательно стемнело, на дороге послышался топот копыт - это вернулись два жандарма и вместе с ними новый дилижанс с кучером, что бы доставить пострадавших в деревенский участок, наспех расквартированный в доме старосты. К полуночи все были размещены на постой, накормлены и опрошены. Матиасу и Чарли в качестве комнаты для ночлега был предоставлен сеновал, но они и этому были рады - выматывающийся выдался денек, и стоило им упасть в душистое сено, как сон моментально настиг их. Они не успели даже перекинуться парой слов.